Ф. ЭНГЕЛЬС. АГРАРНАЯ ПРОГРАММА ЧАРТИСТОВ

 

Года два тому назад рабочие-чартисты основали ассоциацию, целью которой является приобретение земель и распределение их в виде маленьких ферм между членами этого общества. Этим способом надеются уменьшить чрезмерную конкуренцию, существующую между промышленными рабочими, устранив с рынка труда часть этих рабочих и создав совершенно новый и демократический по самому существу своему класс мелких земледельцев. Проект этот, автором которого является не кто иной, как сам Фергюс О'Коннор, имел такой успех, что Земельное общество чартистов уже насчитывает в своих рядах от двухсот до трехсот тысяч членов {В английском варианте статьи, опубликованном в газете «Northern Star» №524, 6 ноября 1847г., вместо слов: «от двухсот до трёхсот тысяч членов» напечатано – «большое количество членов»}, располагает общественным фондом в 60000 ф. ст. (полтора миллиона франков), а новые поступления, сведения о которых публикуются в «Northern Star», превышают 2500 ф. ст. в неделю. Одним словом, это общество, о котором я предполагаю дать вам позднее более подробный отчет, настолько разрослось, что оно вызывает уже беспокойство земельной аристократии; стало очевидным, что это движение, если оно и дальше будет расти в таких же масштабах, как до сих пор, примет в конце концов форму общенациональной агитации за передачу всей земли во владение народа. Буржуазии это общество также не по вкусу; она видит в нем рычаг в руках народа, рычаг, который позволит ему освободиться, не прибегая к помощи среднего класса. В особенности это касается мелкой буржуазии, более или менее либеральной, которая относится к Земельному обществу весьма недоброжелательно, так как она обнаруживает теперь, что чартисты гораздо меньше зависят от ее поддержки, чем это было до основания этой ассоциации. Более того, эти самые радикалы, неспособные объяснить безразличное отношение к себе народа, которое является неизбежным следствием их собственного равнодушия к нему, упорно продолжают свои непрерывные нападки на г-на О'Коннора, изображая его единственным препятствием к объединению чартистской и радикальной партий. Создание Земельного общества было делом г-на О'Коннора, и этого было достаточно, чтобы навлечь на это общество всю ненависть радикальных, в той или иной степени, буржуа. Сначала они его игнорировали; когда же оказалось невозможным продолжать заговор молчания, они сделали попытку доказать, что принцип организации общества неизбежно обрекает его на самое скандальное банкротство; наконец, когда и это средство не смогло помешать процветанию общества, они снова обратились к той тактике, которую они вот уже в течение десяти лет не переставали применять против г-на О'Коннора, и всякий раз без малейшего успеха. Они пытались возбудить подозрение к его нравственному облику, поставить под сомнение его личное бескорыстие, отнять у него его право называть себя неподкупным и неоплачиваемым полномочным представителем рабочих. Когда же г-н О'Коннор некоторое время тому назад опубликовал свой годовой отчет, против него, как бы заранее сговорившись, открыли поход шесть более или менее радикальных газет. Это были: «Weekly Dispatch», «Globe», «Nonconformist», «Manchester Examiner», «Lloyd's Weekly Newspaper» и «Nottingham Mercury». Они обвиняли г-на О'Коннора в самых бесстыдных кражах и хищениях, пытаясь обосновать это обвинение, или хотя бы придать ему видимость вероятности, при помощи цифр, заимствованных из самого же отчета. Далеко не довольствуясь этим, они стали копаться в личной жизни знаменитого агитатора: против него возводились целые горы обвинений, одно тяжелее другого, и противники его могли рассчитывать, что он падет под тяжестью этих обвинений. Но О'Коннор, который вот уже в течение десяти лет непрерывно ведет борьбу с так называемой радикальной прессой, не согнулся под градом этих клеветнических выпадов. Он опубликовал в «Northern Star» от 23 числа этого месяца ответ шести газетам. В этом ответе — шедевре полемического искусства, напоминающем лучшие памфлеты Уильяма Коббета, — он опроверг одно обвинение за другим и, переходя в свою очередь в наступление, атаковал шестерых редакторов, поставив их в чрезвычайно опасное положение и выказав им свое гордое презрение. Этого, разумеется, было вполне достаточно, чтобы оправдать О'Коннора в глазах народа. В «Northern Star» от 30 сего месяца приводится итог голосования вотума доверия О'Коннору, проведенного на открытых собраниях чартистов более чем в пятидесяти местах. Но О'Коннор пожелал предоставить своим противникам возможность выступить против него перед народом. Он потребовал, чтобы они явились на публичные собрания в Манчестере и Ноттингеме и обосновали там свои обвинения. Никто из них не явился. В Манчестере О'Коннор говорил в продолжение четырех часов перед собранием, насчитывавшим более десяти тысяч человек, которые покрыли его речь громом аплодисментов и единодушно выразили ему свое доверие. Толпа была настолько многолюдна, что помимо большого митинга, на котором О'Коннор лично выступал в свою защиту, пришлось организовать другой митинг на площади, где несколько ораторов выступило перед десятью или пятнадцатью тысячами человек, которые не смогли попасть в зал.

По окончании митингов О'Коннор тут же объявил сбор средств и прием членских взносов от членов Земельного общества, и собранная им в этот же вечер сумма превысила тысячу фунтов стерлингов (25000 франков).

В Ноттингеме, где О'Коннор созвал на следующий день одно из самых больших собраний, которое когда-либо имело там место, его речь вызвала такой же энтузиазм среди народа.

По меньшей мере в сотый раз О'Коннор одерживает таким образом блестящую победу над клеветнической буржуазной прессой. Сохраняя невозмутимость среди всех этих нападок, неутомимый патриот продолжает свое дело, и единодушное доверие к нему английского народа является лучшим доказательством его мужества, энергии и неподкупности.

Написано Ф. Энгельсом 30 октября 1847г.

Напечатано в газете «La Réforme» 1 ноября 1847г.

Печатается по тексту газеты

Перевод с французского

Hosted by uCoz